Граф И. Кутайсов. репродукция портрета, хранящегося в Гатчинском дворцеОдним из самых отвратительных пороков монархической системы правления следует признать фаворитизм. Конечно, это явление нередко встречается и в государствах, которые формально не являются монархиями. Все вы помните, как в 90-е годы XX века разграбили и разорили нашу страну ставшие олигархами фавориты перевертыша и ренегата Ельцина, который обманул народ, притворившись «сторонником демократии» и «борцом с привилегиями».
В «настоящих» президентских и парламентских республиках фаворитизм все же обычно «расцветает» лишь при условии полного отсутствия реальной системы сдерживания и противовесов. Если выборы не являются профанацией и ширмой, пришедшие к власти оппоненты «съедят» любого «бывшего» сразу и с огромным удовольствием, а фавориты пойдут «на закуску». А вот пресловутая «стабильность власти» неизменно порождает ощущение безнаказанности и вседозволенности. Паразиты быстро опустошают казну, а затем, не довольствуясь присвоением бюджетных средств, начинают «торговать своим влиянием», что приводит к запредельной коррупции и резкому снижению эффективности управления государством. Не брезгуют и предательством национальных интересов. Английский посланник барон Уитворт в апреле 1709 года докладывал в Лондон о просьбе Александра Меншикова похлопотать о паспорте для его родственника – Василия Аксенова, и о своем намерении прежде удостовериться, насколько князь «изъявит готовность употребить свое влияние» в лоббировании британских интересов. Меншикова тогда очень интересовала помощь Уитворта в переводе накопленных средств за рубеж. С Англией не сложилось, но часть наворованных в России денег (500 тысяч рублей) Меншиков всё же сумел отправить в банки Венеции и Амстердама. Вернуть их в российскую казну с огромным трудом удалось лишь во время правления Анны Иоанновны. Их по требованию императрицы и её министров запросил сын фаворита Александр Меншиков-Младший в обмен на свободу для себя и сестры и чин штабс-капитана гвардии.Иногда фавориты и фаворитки сами прорываются к власти, и ничего хорошего такое развитие ситуации несчастной стране не сулит. Марта Скавронская, бывшая солдатская портомоя с «пониженной социальной ответственностью», вдруг стала женой Петра I – и тут же, по старой привычке, изменила ему с братом знаменитой «кукуйской царицы» Анны Монс. А потом была возведена на престол пьяными гвардейцами во главе с другом и фаворитом первого императора – выдающимся вором и непревзойденным казнокрадом Александром Меншиковым (напомним, что семья низвергнутого временщика выехала из Петербурга на четырех каретах, которые сопровождали 150 повозок, 11 фургонов и 147 слуг, но по пути и эту «малость» у них отобрали). Всю оставшуюся жизнь Екатерина I провела за обеденным столом (10% всех средств российского бюджета тратилось тогда на закупку токайского вина для царского двора), невероятно быстро одряхлела и скончалась в возрасте всего 43 лет. О каком-то реальном влиянии этой императрицы на управление государством даже и речи не было. Но, говоря о фаворитизме как о явлении, нужно отметить ещё и страшный удар, который он наносит нравственным устоям общества, показывая, что власть и богатство можно получить, не имея за душой ничего, кроме пронырливости, беспринципности, некоторой удачи и смазливой внешности. Лишались престижа и ценности ордена, которыми увешивались фавориты. Как в кривом зеркале искажались все понятия о добре и зле, чести и бесчестии. Фаворитов и фавориток никто не осуждал и не презирал – напротив, им завидовали, льстили, угождали. Добиться их расположения любой ценой становилось целью жизни, самим оказаться на их месте – пределом желаний. Женщины (при полном согласии мужей) мечтали разделить ложе с дурно пахнущим беззубым стариком в короне, молодые мужчины – угодить в постели пожилой и некрасивой императрице. Во Франции «блистали» женщины, самой известной из которых была ненавидимая всеми фаворитка Людовика XV Жанна-Антуанетта Пуассон, маркиза де Помпадур. А вот в России на почве фаворитизма всё же больше прославились именно мужчины. Золотым веком российских фаворитов стало правление Екатерины II: их «услуги» данная императрица оплачивала с непонятной и невиданной щедростью. Английский посланник Джеймс Гаррис (свидетельство которого признано достоверным современными исследователями) сообщал в Лондон, что А. С. Васильчиков за неполных два года «службы» в личных покоях императрицы получил 100 тысяч рублей серебром, 50 тысяч рублей золотыми «безделушками», дом с полной обстановкой стоимостью в 100 тысяч рублей, годовую пенсию в 20 тысяч рублей и 7 тысяч «душ» крестьян. П. В. Завадовскому за полтора года были пожалованы 6 тысяч «душ» крестьян в Малороссии, 2 тысячи – в Польше, 1 800 – в русских губерниях, 150 тысяч рублей наличными, драгоценностей на 80 тысяч рублей, сервиз стоимостью 30 тысяч и пенсия в 10 тысяч рублей. С. Г. Зорич за один год, что находился «в случае», получил имения в Польше и в Лифляндии, командорство Мальтийского ордена в Польше, 500 тысяч рублей наличными и 200 тысяч рублей драгоценностями. И. Н. Корсакову за шестнадцать месяцев февраля Екатерина из казны выплатила 370 тысяч рублей и подарила 4 тысячи крестьян в Польше.Платон Зубов, помимо огромных денежных и земельных пожалований, был назначен на 36 высших государственных постов, которые он занимал чисто номинально, но жалованье исправно получал. А вот фельдмаршала Михаила Каменского, которого современники называли соперником Суворова, за одну из побед эта императрица отблагодарила лишь пятью тысячами рублей. То ли дело – Платон Зубов, который за первые же три дня «службы» в спальне Екатерины II получил 10 тысяч рублей и драгоценный перстень с её портретом. И потом целых семь лет постаревшая Екатерина II ни в чем не могла отказать этому ничтожному и инфантильному «Дуралеюшке», а кофе ему по утрам готовил и подавал в постель будущий фельдмаршал Михаил Кутузов – по своей воле и без всякого принуждения. В «Заметках по русской истории XVIII века» А. С. Пушкин назвал «кофейник Кутузова» в ряду самых показательных символов унижения дворянского духа. Фаворитизм не исчез после смерти Екатерины II, но принял несколько иные формы. И сегодня мы поговорим о фаворите Павла I Иване Кутайсове. Он кардинально отличался от Аракчеева, который, что бы о нем ни говорили, добился высокого положения благодаря своим выдающимся административным способностям, исключительному трудолюбию и удивлявшему всех бессеребренничеству. Он имеет огромные заслуги в деле реорганизации российской артиллерии, очень высоко специалисты оценивают и его деятельность в 1812 году, когда он фактически возглавил тыловую службу российской армии. Некоторые даже говорят, что его следует ставить в один ряд с Кутузовым и Барклаем-де-Толли. И потому Аракчеева следует называть не царским любимцем и фаворитом, а ценнейшим сотрудником двух императоров. Кутайсов же «вылез наверх» только благодаря личному расположению Павла I, которого он, согласно популярной версии, и предал в трагическую ночь с 11 на 12 марта 1801 года. Случайно оказавшийся в России и в окружении наследника престола Павла Петровича мальчик непонятного происхождения не стал ни выдающимся политиком, ни талантливым полководцем, ни успешным чиновником-администратором, но среди его наград – ордена Святого Андрея Первозванного с бриллиантами, Святого Александра Невского, Святой Анны 1-й степени, Святого Иоанна Иерусалимского. А граф Провансский (будущий французский король Людовик XVIII) по просьбе Павла I пожаловал ему командорский крест ордена Кармельской Богоматери и Святого Лазаря Иерусалимского. Непонятно за какие заслуги Кутайсов получил от императора титул графа, 5 тысяч душ крестьян и 50 тысяч десятин земли, стал одним из самых богатых вельмож России. И, в отличие от Аракчеева, власть и влияние которого только возросли при Александре I, полностью утратил всякое значение сразу после гибели своего благодетеля Павла I. Кто такой Кутайсов?Происхождение и национальность человека, о котором мы сегодня будем говорить, остаются неизвестными. По наиболее распространённой версии, в период во время русско-турецкой войны 1768–1774 гг. он был найден в освобождённом русскими войсками городе Кутаиси: отсюда, якобы, и его фамилия – Кутайсов. Однако другие исследователи считают, что фамилию мальчик получил по своему первому имени – Кутай, либо – по турецкому городу Кютахья. Согласно другой версии, мальчик был найден в османской крепости Бендеры. Любопытно, кстати, что другим «трофеем» той войны была 16-летняя турчанка Сальха, которую майор Карл Муфель подарил помещику Афанасию Бунину: она стала матерью поэта Василия Жуковского.Но вернемся к герою статьи. Генерал Н. В. Репнин, обратив внимание на красивого «туземного» мальчика лет десяти, отправил его к Екатерине II. Вероятно, он надеялся, что со временем тот сумеет стать очередным фаворитом императрицы и вспомнит о своем благодетеле. Но Екатерина подарила мальчика сыну Павлу, который был старше его примерно на 6 лет. Великий князь стал крестным отцом героя статьи, дав ему имя Иван и своё отчество. Затем по инициативе Павла подросток был отправлен учиться за границу – в Париже и в Берлине он изучал фельдшерское дело и парикмахерское искусство (на этом поприще его успехи были наиболее заметными). Начало придворной карьеры героя статьи Вернувшись в Петербург, Иван Кутайсов стал личным цирюльником наследника престола, а затем — и его доверенным лицом. Присвоенный ему Павлом чин камер-фурьера звучит не слишком внушительно, однако это был не армейский, а придворный чин, который соответствовал VI классу Табели о рангах, то есть приравнивался к чину полковника или коллежского советника. Кутайсов не только брил Павла, но и очень ловко выполнял различные «деликатные» поручения, за что даже получил прозвище «Фигаро». Адам Чарторыйский вспоминал:Я видел, как Кутайсов приносил и подавал своему господину бульон в экзерциргаузе, где инфантерия и кавалерия упражнялись в зимнее время. Лакей был в утреннем рабочем костюме. Он был среднего роста, немного толст, но живой и расторопный, очень смуглый, всегда улыбающийся, с глазами и лицом восточного типа, в которых можно было прочесть склонность к чувственным удовольствиям. В своем утреннем наряде он напоминал Фигаро, но и тогда уже ему пожимали руки, и он был предметом рабски-почтительных поклонов со стороны большей части генералов и лиц, присутствовавших на учениях, которые всегда спешили подойти к нему. Вскоре его влияние на своего господина сделало его значительным человеком, сановником империи, всемогущим фаворитом. Впоследствии ему была выделена комната рядом с императорской спальней, молва утверждала, что эти помещения были связаны потайной лестницей.Но не будем забегать вперед. В 1779 году Кутайсов вступил в очень выгодный с материальной точки зрения брак с Анной Петровной Резвой, дед которой, Терентий Балкашин, новую фамилию получил от Елизаветы Петровны за то, что очень уж лихо плясал трепака, а отец был поставщиком стерлядей для стола Екатерины II.Анна Петровна Кутайсова (Резвая) на портрете работы Ф. Рокотова, 1780-ые гг.Несмотря на огромное богатство, дворянство отец Анны получил лишь по протекции зятя в 1799 г., уже в 1800 году стал действительным статским советником, в 1808 году — шлиссельбургским уездным предводителем дворянства. Его сын — брат Анны Дмитрий Петрович Резвой (Резвый), начав военную службу армейским фурьером, дослужился до генерал-майорского чина, стал участником Русско-турецких войн, Швейцарского похода Суворова, Войны Четвёртой антифранцузской коалиции. Дмитрий Петрович Резвой на портрете Военной галереи Зимнего дворцаУже в XX веке один из родственников Анны, Пётр Дмитриевич Резвой, служил в Красной Армии и принимал участие в защите Петрограда от армии Юденича. Он стал известным советским зоологом, а его сын Дмитрий – доктором геолого-минералогических наук, профессором, внёс большой вклад в изучение геотектоники и региональной геологии Памира, Южного Тянь-Шаня и Туркестано-Алайской горной системы. С 1952 года заведовал кафедрой Львовского университета. Но вернемся к Ивану Кутайсову и его супруге. Анна Петровна родила в этом браке шесть детей, из которых выжили лишь четверо. Кроме того, у Кутайсова была внебрачная дочь от любовницы — французской актрисы Луизы Шевалье, которая делила постель также и с его покровителем Павлом. Н. Греч писал о «деловых контактах» этой дамы с Кутайсовым:К ней прибегали за протекцией и получали ее за надлежащую плату... Она принимала их как королева. Одно слово ее Кутайсову, записочка Кутайсова к генерал-прокурору или к другому сановнику, и дело решалось в пользу щедрого дателя.Джеймс Уорд. «Портрет мадам Шевалье в роли Виргинии», 1799 г.После убийства Павла I эта актриса была выслана из России. Август Коцебу вспоминал: Народ выразил свое презрение к ней самым грубым образом. На Исаакиевской площади какой-то мужик показывал за деньги суку, которую он звал мадам Шевалье. Главное искусство этой суки состояло в том, что, когда ее спрашивали: Как делает мадам Шевалье? Она тотчас ложилась на спину... Нельзя себе вообразить, сколько народу приходило на это зрелище: даже порядочные люди проталкивались сквозь толпу, чтобы насладиться удовольствием спросить у собаки: «Как делает мадам Шевалье?»(«Записки об императоре Павле I»)Воцарение Павла I вознесло Кутайсова к вершинам власти. Но об этом мы поговорим в следующей статье, в которой продолжим и закончим рассказ об этом человеке.
Расчёт стоимости отправки груза
