Капитализм охватывал Россию с конца 1980-х годов и после 1991 г. начал переборку и переработку производственных ресурсных активов, оставшихся после раздела СССР.
Главными институтами по переработке ресурсного потенциала в России стали Центробанк и Минфин с инструментами ключевой ставки, ставок налогов и сборов. Можно сколь угодно их критиковать, но экономические законы действуют независимо от того, признаём мы их или нет. Данные институты в модели либеральной экономики обеспечили переработку существовавших ресурсов в прибыль, в т. ч. банков — главных институтов современного финансового капитализма.К настоящему времени новому российскому капитализму более 30 лет. За эти годы капитализм как метод хозяйствования подтвердил свою способность эффективно «собирать и преобразовывать» существующие производственно-экономические ресурсы в активы и генерировать прибыль. Начало СВО, неизбежность которой была ясна уже в 1992–1994 гг. (в 1994 г. украинская армия прошла полную «переприсягу» с включением отдельного пункта о ведении войны против России), увеличило потребность в материальном и человеческом обеспечении, интенсифицировало капитал. На рубеже 2026 г. капитал исчерпал все легкодоступные ресурсы.Ресурсный пределВновь, в третий раз, российский капитализм встал перед проблемой ограниченных возможностей классической модели рыночного процента и кредита для решения задач развития и обеспечения безопасности страны в условиях отсутствия свободных ресурсов и нарастающего военно-политического и социально-экономического противостояния с Западом.Достигнув на рубеже 2026 г. ресурсного «потолка», российский капитализм начал генерировать угрозу перехода к кризису всей экономической модели, в которой реальными ограничениями являются не только финансовые ресурсы, но и физические ограничения ресурсов человеческого потенциала, материальных и производственных активов. Для рывка «вперёд» нет больше дешёвых и достаточных ресурсов. За 30 лет российский капитал выжал весь человеческий потенциал и освоил имевшиеся материально-производственные активы «российских территорий». Россия вкатывается не просто в «охлаждение» экономики в условиях СВО, она встаёт на траекторию движения к точке экономической «бифуркации» (лат. bifurcus — «раздвоенный»), когда экономическая система не сможет, даже если очень захочет, двигаться как прежде. В точке бифуркации выход на новую устойчивую траекторию технически возможен только в двух направлениях: «вверх» или «вниз». Как прежде — никак.Современное экономическое положение показывает неустойчивость сложившейся в России модели либерального капитализма. Российская экономика колеблется в пределах ±1 %. Внешний приток так называемых «мигрантов» частично закрывает определённые сегменты, но вряд ли сможет быть достаточно эффективным для рывка в обучении, для развития наукоёмкого производства и ОПК, для обеспечения безопасности страны и обороны государства и т. д.Финансирование оборонного производстваОдновременно в ОПК, особенно выпускающем сложную продукцию с длительными циклами производства, просматривается экономико-технический кризис, при котором с ростом производства фактическая прибыль стремится к нулевой отметке. Наиболее существенным фактором, влияющим на исчезновение прибыли и формирование текущих финансовых ограничений на многих предприятиях ОПК, как представляется, является необходимость обслуживания получаемых коммерческих (квазикоммерческих) кредитов для выполнения ГОЗ.Да, безусловно, предприятия получали некоторое авансирование «до 80 %», может быть, 20, 30 или 50 %, возможно, больше. Но при длительных производственных циклах сложной техники, где глубина и производственные циклы кооперации исчисляются десятком месяцев и более, требуются большие ресурсы, чем покрывает аванс. Предприятия вынуждены брать на себя финансовое обеспечение кооперированной логистики полного сквозного производственного цикла на всю глубину кооперации действующих и будущих контрактов с учётом поддержания непрерывности производства, а также определённое финансирование необходимых капитальных затрат на обеспечение производства основными средствами за счёт кредитования.Сборочный цех Иркутского авиационного завода. Фото: Ростех.Заявленная С. В. Чемезовым рентабельность предприятий ОПК за 2024 г. в размере 2,28 % и оценка за 2025 г. в размере 1,25 % свидетельствуют, что объёмы кредитования соразмерны годовой выручке, а процентные платежи в размере около 7–11 % выручки сопоставимы с расчётной прибылью. В этих условиях обслуживание кредитов, в т. ч. процентные платежи, вымывает средства предприятий, а полный возврат тела кредитного долга невозможен никогда. Предприятие путём реверсивных сделок будет вечно воспроизводить этот кредит и вечно выплачивать процентные платежи «финансовому капиталу».При этом объём процентных платежей около 10 % выручки сопоставим с объёмом зарплаты, выплачиваемой работникам ОПК за год. Фактически общество дважды оплатило услуги по производству оборонной продукции, передав в банки вторую заработную плату за исполнение обязанности выполнить ГОЗ, — выплатило дань «финансовому капиталу». Супербизнес! В правовом смысле такая экономическая модель соответствует классическому случаю выплаты работнику зарплаты с удержанием 10 %, которые сопровождаются сакраментальными словами: «Дорогой, минус десять процентов — обстоятельства». Нарастающий кризис ОПК технически был отодвинут путём повышения нормы прибыли с «20+1» до «25+1», но принципиально не снят и будет нарастать.Государственный заказ и цена кредитаПредставляется, что существующий метод управления государственным бюджетом и ГОЗ в рамках либеральной модели экономики, требующей передачи из общественного бюджета «финансовому капиталу» ежегодно около 10 %, чрезвычайно дорог и неэффективен для государства и общества — средства выбывают из производственного оборота и с рынка возможных доходов работников. Государство, предприятия и работники катастрофически теряют возможности решать необходимые задачи.В статье «Финансы как оружие: уроки Великой Победы», опубликованной на сайте Минфина России, министр финансов А. Г. Силуанов отмечает, что опыт Великой Отечественной войны сформировал ряд важных уроков, среди которых прямо указано на необходимость концентрации на приоритетах и распределении привлечённых средств с максимальной эффективностью. Указанные выше характеристики деятельности ОПК, скорее всего, не могут быть отнесены к эффективной практике и показывают, что текущие методы Минфина и Минпромторга России по реализации ГОЗ не обеспечивают эффективного управления бюджетом госзаказа и представляют экономическую удавку важнейших технологически развитых производств.Сопоставление экономических моделейАбсолютизация парадигмы «рынок и процент превыше всего» в отношении государственной системно-плановой бюджетной деятельности кажется в современных условиях России неуместной практикой. В «сталинской модели» было бы выполнено два годовых плана — прошла оплата, эквивалентная выплате двух зарплат.Возможно, в США, где промышленность опирается на глобальные ресурсы всего мира и целевую ставку ФРС в 2 % с колебаниями от 0,25 % до 4 %, тотальный либеральный метод экономического управления вполне приемлем.Для России, где ЦБ установил целевой уровень в размере 4 %, это означает, что даже при выходе на этот уровень стоимость заёмного капитала всегда будет в два раза выше, чем в США. Для поддержания ценовой конкурентоспособности в рамках либеральной экономической модели российский капитал будет вынужден прямо компенсировать затраты через уровень зарплаты — она будет «в два раза ниже», «рай» не наступит никогда.Содержание:Российский капитализм сегодняПервый кризис российского капитализмаВторой кризис российского капитализмаКризис социально-плановой квази-феодальной моделиТретий кризис российского капитализмаВозможности решения "российского вопроса"Продолжение следует - Возможности решения "российского вопроса"
Расчёт стоимости отправки груза
