Бойцы 7-й бригады морской пехоты в засаде. Севастополь, 1941–1942 годы. Музей обороны Севастополя.К 85-летию начала Крымской оборонительной операции
В конце октября 1941 года немецкие войска прорвали советскую оборону на Ишуньских позициях, прикрывавших вход в Крым. Приморская армия, переброшенная из Одессы на усиление обороны перешейков, после контрударов под Воронцовкой отходила к Севастополю. Вместе с пехотой к главной базе Черноморского флота предстояло вывести артиллерию, обозы и дивизионные штабы. Пути отхода уже перехватывал противник.Контрудар под ВоронцовкойСеверные подходы к Крыму прикрывала 51-я отдельная армия. Для её усиления Ставка ещё 30 сентября решила эвакуировать из Одессы Приморскую армию. После высадки приморцы собирали полки, искали транспорт, подтягивали артиллерию и выходили к перешейкам. Николай Крылов, работавший тогда в армейском штабе, вспоминал в книге «Не померкнет никогда», что не хватало машин и лошадей, а снаряды к орудиям доставляли с задержкой.Посадка бойцов на транспорт при эвакуации из Одессы. 1941 год. Фото С. Когана. Музей ЦСДФ.18 октября немецкая 11-я армия Эриха фон Манштейна начала наступление на Ишуньские позиции южнее Перекопа. Озёра разделяли местность на узкие проходы, позволяя обороняющимся сосредоточить огонь на подступах. Но стоило противнику нарушить оборону на одном участке, как соседним частям приходилось растягивать свои порядки и закрывать образовавшиеся промежутки.22 октября Ставка поручила руководство войсками Крыма вице-адмиралу Гордею Левченко. Следующие приказы предусматривали совместный контрудар соединений 51-й и Приморской армий. Боевой приказ, подписанный 23 октября в 23:45, требовал к 07:00 24 октября занять исходные позиции, а в 11:00 начать атаку. 95-й дивизии поручили наступать через Воронцовку вместе со 172-й; 54-му стрелковому полку 25-й дивизии и кавалеристам — атаковать на соседнем направлении.Приморцы продвинулись на отдельных участках, но восстановить прежнюю линию фронта не смогли. В донесении от 26 октября Военный совет Приморской армии отмечал, что протяжённость обороняемого фронта утроилась, плотность артиллерийского огня упала, а резервы исчерпаны. Чтобы вновь наступать, армия запрашивала пополнения и подвоз боеприпасов.В тот же день после артиллерийской подготовки немцы вновь атаковали у Воронцовки. В полосе 95-й стрелковой дивизии они обошли позиции 241-го стрелкового полка. Вслед за ним отошли 161-й и 90-й стрелковые полки; немецкие удары пришлись по боевым порядкам, артиллерии, штабам и тылам. В утреннем донесении 27 октября командир 241-го полка майор Воскобойников числился пропавшим без вести, а комиссар полка Хенкин — тяжелораненым.К вечеру командиры 95-й дивизии остановили часть отходивших подразделений. К утру 27 октября у Дормена штаб дивизии выставил разведывательный батальон, две сапёрные роты и комендантский взвод. Здесь же находились пять противотанковых орудий. На этом участке оборону восстановили, но общего положения это уже не изменило: немецкое наступление продолжалось, и к 28 октября оборона перешейков была прорвана.Дорога к СевастополюПосле прорыва пути двух армий разошлись. 51-я отходила на восток, к Керченскому полуострову, который впоследствии удержать не смогла; её подразделения переправлялись на Таманский берег. Приморская армия генерал-майора Ивана Ефимовича Петрова двигалась к Севастополю. На горных дорогах колонны уже встречали немецкие заслоны.Бои за Крым в октябре–ноябре 1941 года. Схема из издания И. Мощанского и А. Савина «Борьба за Крым», 2002.Согласно журналу боевых действий Приморской армии, приказ от 2 ноября, изданный в 02:35, направлял войска южнее Бахчисарая, к новым рубежам на подступах к Севастополю. Для каждого соединения определили свой участок движения и задачу:Но к исходу 2 ноября 95-я дивизия лишь подходила к Бия-Сале (ныне Верхоречье), а две другие находились в районе Нового Бодрака. У Карагача колонны попали под артиллерийский и пулемётный огонь. Указанный на карте маршрут приходилось проверять боем.421-я прикрывала Алуштинское направление, пока другие стрелковые подразделения шли через горы. Тяжёлую артиллерию и лишние обозы направили по прибрежному шоссе через Алушту. К вечеру 2 ноября тяжёлые артиллерийские полки находились на марше у Ялты.Станций снабжения на маршруте не было. По приказу от 2 ноября продовольствие следовало добывать на месте, а боеприпасы и горючее расходовать из того, что оставалось в частях.Приказ по радио и бой у Улу-Салы3 ноября, по журналу боевых действий, штаб Приморской армии связывался с частями только по радио. Радиостанции 40-й и 42-й кавалерийских дивизий отстали от своих соединений. Весь день не было ни связи с ними, ни сведений об их положении.В радиограмме сообщалось: 95-я, 25-я и 172-я дивизии сосредоточились у Бия-Салы, немцы заняли Шуры и Улу-Салу, перекрыв пути на юг и юго-запад; топливо кончилось. Петров лично приказал генерал-майору Василию Воробьёву с наступлением темноты атаковать Улу-Салу (ныне Синапное), а затем двигаться через Керменчик, Ени-Салу и Ай-Тодор к Шули (ныне Терновка) — уже другому селению, ближе к Севастополю. Воробьёв должен был передать приказ командирам 25-й и 172-й дивизий.Генерал-майор И. Е. Петров. 1941 год. Фото Н. А. Аснина. Музей обороны Севастополя.В том же распоряжении Петров потребовал в первую очередь обеспечить топливом радиостанции. По работающему каналу связи он получал донесения от Воробьёва, а тот доводил приказы до двух соседних дивизий. Через эту радиостанцию распоряжение Петрова могло дойти сразу до трёх соединений.Воробьёв просил разрешить отход через горы: дороги, по его сообщению, уже были закрыты. Петров оставил приказ в силе. К исходу дня для частей выслали горючее.Вечером 4 ноября Воробьёв сообщил по радио, что в ночном бою у Улу-Салы его части разгромили немецкое противотанковое подразделение. 25-я дивизия тоже донесла о прорыве из окружения совместно с 95-й. После боя обе дивизии продолжили движение к Севастополю.Сорок автомобилей для 25-й дивизииЗа Улу-Салой марш продолжался. Колонны двигались разными путями, отдельные подразделения теряли связь с командирами. Уже 4 ноября часть приморцев выходила в район Ялты, другие достигали Севастополя.5 ноября поступали донесения об усталости бойцов, нехватке продовольствия и топлива. Позднее командир 25-й стрелковой дивизии генерал-майор Трофим Коломиец подтвердил получение горючего, но просил разрешить движение на Ялту: прежний путь к Севастополю оказался закрыт.6 ноября части 25-й, 95-й и 172-й дивизий вели бой у Коккоза (ныне Соколиное). Они прикрывали вывод артиллерии и транспорта на Алупку, куда уже двигалась часть войск.В 16:30 Коломиец сообщил, что дивизия продолжает движение на Алупку, и запросил сорок автомобилей для буксировки орудий: лошади устали. Без машин можно было потерять исправные орудия — не в бою, а на марше.Четыре сектора обороны СевастополяОборона Севастополя началась ещё 30 октября. Подступы к главной базе Черноморского флота уже защищали морские части и береговая артиллерия. Снабжение города можно было вести по морю. Подходившие соединения Приморской армии включались в уже существующую оборону, но их взаимодействие с гарнизоном ещё нужно было наладить.8 ноября прибывшим соединениям назначили районы для отдыха и пополнения. На следующий день, в 02:00, журнал боевых действий фиксирует передачу боевого приказа № 002. Дивизионные штабы получали под своё управление четыре сектора обороны: 2-й кавалерийской — первый, 172-й стрелковой — второй, 25-й — третий, 95-й — четвёртый.В каждый сектор входили армейские подразделения, морская пехота, военные школы и местные формирования. Дивизионным командирам предстояло распределить участки, организовать огонь и подвоз, связать между собой подразделения, которые прежде подчинялись разным начальникам. Ещё недавно эти управления отвечали за отход из гор; теперь на них опиралась оборона города.Связисты 25-й стрелковой дивизии. Севастополь, 1941 год. Музей обороны Севастополя.9 ноября часть войск ещё завершала переход: 421-я дивизия сосредоточивалась в районе Рудольфовой слободки, а 172-я под командованием Ивана Ласкина — у Инкермана. Штабы получали новые задачи, пока подразделения продолжали прибывать.Крымская оборонительная операция завершилась 16 ноября, а оборона Севастополя продолжалась. В начале месяца штаб Приморской армии не знал положения некоторых соединений и добивался вывода артиллерии; к 9 ноября дивизионным управлениям уже поручили новые секторы. Приморцам ещё предстояло восполнить потери, но к главной базе дошли командиры и штабы, которым можно было поручить следующие бои.Источники и литератураРусский архив: Великая Отечественная. Т. 16 (5–1). Ставка ВГК, 1941 г.: Документы и материалы. — М.: Терра, 1996. — С. 212, 256.Крым в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. — М.: Яуза-каталог, 2017. — С. 30–34.Журнал боевых действий войск Приморской армии, 30 октября — 31 декабря 1941 г. // Великая Отечественная война. 1941–1945. Т. I. Роль Крыма в войне. Документы и материалы. — М.: ПрофМедиа, 2014. — С. 71–79. ЦАМО РФ. Ф. 228. Оп. 9900. Д. 4.Крылов Н. И. Не померкнет никогда. — 2-е изд. — М.: Воениздат, 1984. — С. 239–256.Басов А. В. Крым в Великой Отечественной войне, 1941–1945. — М.: Наука, 1987.
Расчёт стоимости отправки груза
