25 марта 1915 года на фронт прибыла Отдельная автомобильная батарея для стрельбы по воздушному флотуТри-пять минут. За это время расчёт должен был превратить грузовик с пушкой в готовую к стрельбе зенитную позицию: опустить станины, подтянуть тяги, вбить клинья, открыть борта и подать боеприпасы. На полигоне такой порядок отработали. Фронту предстояло проверить другое — выдержит ли автомобильная рама длительную стрельбу и успеют ли зенитчики встретить аэроплан огнём.
25 октября исполняется 90 лет со дня смерти Василия Васильевича Тарновского, одного из создателей отечественной зенитной артиллерии. В 1915 году он командовал первой русской автомобильной батареей для стрельбы по воздушному флоту.17 (30) июля под Варшавой одно из двух орудий взвода пришлось снять с огня прямо во время налёта.От проекта до первого заказаВ 1912 году гвардии штабс-капитан Василий Тарновский, преподаватель Офицерской артиллерийской школы, предложил поставить специальную пушку на автомобиль. Тогда для стрельбы по воздушным целям рассчитывали использовать и обычные 76,2-мм полевые орудия. Чтобы поднять ствол выше, под хобот лафета рыли углубления либо закатывали пушку на деревянный помост. Всё это требовало времени. Между тем прикрывать приходилось переправы, аэродромы и штабы, удалённые друг от друга.Артиллерийский комитет Главного артиллерийского управления (ГАУ) предложение Тарновского не поддержал. Зато к нему прислушались на Путиловском заводе, где инженер Франц Францевич Лендер разрабатывал орудие с полуавтоматическим затвором. Тарновский формулировал требования к зенитной стрельбе и участвовал в работе над размещением пушки на грузовике.В июле 1913 года завод сообщил ГАУ о проекте Лендера; в июне 1914-го управление утвердило требования и заказало первую партию — 12 пушек. Затем началась война. 8 сентября 1914 года начальник артиллерии Петроградского укреплённого района генерал-майор Али-Ага Шихлинский направил в ГАУ доклад: нужна четырёхорудийная автомобильная батарея, а командовать ею следует поручить Тарновскому. Генерал ссылался на знание им конструкции и возможность использовать боевой опыт для дальнейшей доводки.5 (18) октября решили сформировать батарею. Первые четыре грузовика с орудиями испытали стрельбой и пробегом 20 февраля (5 марта) 1915 года на Ржевском полигоне, затем направили в Царское Село. Здесь Тарновский обучал расчёты и составлял необходимые для службы наставления.Автомобильная зенитка из состава батареи Василия Тарновского в походном положении. Хорошо видны упоры для стрельбы и эмблема батареи на дверце кабиныОрудие Лендера — ТарновскогоНа «Руссо-Балты» установили 76,2-мм (трёхдюймовую) противоаэропланную пушку образца 1914 года Путиловского завода. В документах встречалось название «орудие системы Лендера»; в исторической литературе закрепилось и двойное — Лендера — Тарновского. После выстрела инерционная полуавтоматика открывала вертикальный клиновой затвор и выбрасывала гильзу, а пружинный накатник возвращал ствол вперёд.Основные характеристики раннего орудия и автомобильной установки:Калибр — 76,2 мм; длина ствола — 2307 мм (около 30 калибров).Наводка по горизонту — 360°; предельный угол возвышения ранней пушки — 65°.У модернизированного образца 1914/15 года угол возвышения увеличили до 75°.Шасси — пятитонный «Руссо-Балт» Т 40/60 с приводом на заднюю ось.Кабина и моторный отсек прикрыты бронёй толщиной 3,5–6 мм; площадка расчёта открыта.При 65° непосредственно над позицией оставалась «мёртвая воронка», куда нельзя было направить ствол. Увеличение угла до 75° сузило её. По данным Военно-исторического музея артиллерии, начальная скорость снаряда модернизированной пушки составляла 588 м/с. Но даже при такой скорости требовалось упреждение: за пять секунд аэроплан, летящий со скоростью 100 км/ч, проходил почти 140 м. Артиллеристам надо было рассчитать, где он окажется к моменту разрыва шрапнели, и установить соответствующее время на дистанционной трубке.Грузовик вместо артиллерийского лафетаРусско-Балтийский вагонный завод поставил шасси. Путиловские инженеры усилили рамы, установили орудийную тумбу перед задним мостом, внутри колёсной базы, и закрепили её на клёпаной платформе десятью болтами. По сторонам и сзади кузова разместили три складные станины — выносные опоры. На их концах находились широкие лапы с дополнительными стальными клиньями, которые забивали в грунт кувалдой. Боковые станины связывали с автомобильной рамой распорные тяги с натяжными приспособлениями — талрепами.«Руссо-Балт» Т 40/60 с пушкой Лендера на замаскированной позиции Северо-Западного фронта, 1915 годГидравлический тормоз замедлял откат ствола, однако нагрузка от выстрела всё равно передавалась через тумбу на платформу. Пушку вместе с грузовиком раскачивало. Опоры принимали часть нагрузки, тяги помогали удерживать их в рабочем положении. Тут многое зависело от грунта — проверить его плотность было столь же необходимо, как затянуть крепления.Борта кузова укладывали на подпорки, получая дополнительное место для прислуги. В ящиках под сиденьями перевозили 64 унитарных выстрела. Унитарный выстрел — это патрон, в котором снаряд и метательный заряд соединены посредством гильзы. Ещё четыре «Руссо-Балта» М11 служили автомобилями — «зарядными ящиками»: каждый доставлял до 96 выстрелов и другое имущество. Устройство ящиков, модели грузовиков и раскладку боекомплекта историк техники Станислав Кирилец восстановил по заводским и военным документам.Развёртывание и наведениеВодитель выбирал место и останавливал грузовик. Прислуга опускала станины, подтягивала тяги, вбивала клинья, откидывала борта, подавала боеприпасы. Обученному расчёту хватало трёх-пяти минут. Стрельба с хода исключалась: прежде требовалось надёжно закрепить автомобиль на позиции.На флангах размещали наблюдателей с телефонной связью. За разрывами шрапнели следили через бинокли и зрительные трубы, поправки рассчитывали по таблицам. К Ломже батарея прибыла в марте 1915 года, а 1 апреля впервые открыла огонь по неприятельскому аэроплану. Через два дня заняла новую позицию у Остроленки. Обычный порядок был таким: корректировочный выстрел, затем беглый огонь по цели. Беда в том, что аэроплан за время вычислений успевал уйти из расчётной точки. Евгений Захарович Барсуков в труде «Артиллерия русской армии (1900–1917 гг.)» разбирал попытки Тарновского создать область поражения одновременными разрывами нескольких шрапнелей; предложенные для этого приспособления оказались слишком сложными и впоследствии были отменены.В апреле батарее поручили прикрывать аэродром Эскадры воздушных кораблей «Илья Муромец» у Старой Яблонны. Четыре орудия разделили на два взвода. Один оставался у аэродрома, другой могли направить к соседнему важному объекту.Автомобильная зенитная установка в боевом положенииПултуск: батарея под видом обозаК Пултуску зенитные грузовики и автомобили с боеприпасами шли под брезентовыми тентами. Со стороны — обычный обоз. В ночь на 30 мая (12 июня) 1915 года колонна скрытно подошла к городу, где германские лётчики прежде бомбили казармы на Цехановском шоссе.Вечером расчёты выпустили по аэроплану 31 шрапнельный выстрел. Согласно сообщению самой батареи, аппарат развернулся на запад, но до линии фронта не дотянул и упал на территории, занятой русскими войсками. Победу занесли в счёт части. Однако у Кирильца этот эпизод изложен по сообщению зенитчиков; независимого подтверждения падения приведённые им материалы не содержат.Варшава: одна пушка вышла из строя17 (30) июля взвод штабс-капитана Николая Боровского, при котором находился Тарновский, прикрывал мосты через Вислу с позиций в Скарышевском парке. Аэропланы подходили с разных направлений, орудия переносили огонь с одной цели на другую. В донесении в штаб 2-й армии Тарновский назвал расход — 187 выстрелов по девяти неприятельским аэропланам.При стрельбе с возвышением 65° грунт под опорами одного грузовика просел. Ослабли распорные тяги. Прислуга, занятая боем и сменой целей, этого не заметила. Следующий выстрел — и рама треснула. Тарновский прекратил огонь из повреждённого орудия; соседний расчёт продолжил защищать переправы.В журнале боевых действий затем появилась запись о двух сбитых аэропланах со ссылкой на местную прессу. В донесении командира описаны девять обстрелянных целей и повреждение автомобиля, но подтверждения двух побед там нет. Зато дальнейшая судьба самой техники известна: после ремонта на Путиловском заводе повреждённый под Варшавой грузовик вернулся в батарею в марте 1916 года.Минск: прожекторы закрыли цельВ ночь на 2 (15) октября 1915 года к Минску приблизился германский дирижабль. Прожектористы пытались поймать его лучами, но лишь заслонили силуэт от артиллеристов. Тарновский потом подробно объяснял в рапорте, почему батарея не смогла сразу открыть беглый огонь. Когда цель всё же взяли на прицел, зенитчики выпустили 29 выстрелов. Дирижабль успел сбросить бомбы у железнодорожного узла и ушёл.6 (19) октября на город шла уже группа аэропланов. За один налёт батарея израсходовала 256 выстрелов и 12 раз перенесла огонь. Тарновский отдельно указал, зачем это делалось: следовало заставить противника отвернуть от Минска и станции, не увлекаясь уничтожением одного аппарата. Оба рапорта опубликованы Кирильцем.От боевых таблиц до зенитной школыЕщё при формировании батареи Тарновский подготовил «Устав батарейного учения», «Правила стрельбы» и «Полевые таблицы стрельбы». В пояснении к правилам разобрал десять случаев движения воздушной цели, включая полёт прямо на батарею и от неё — самые трудные для расчёта меняющегося упреждения. В июне 1917 года он возглавил курсы стрельбы по воздушному флоту Северного фронта. Офицеров учили не только обращаться с пушкой, но и организовывать наблюдение и связь. Осенью курсы решили преобразовать в офицерскую школу; создать полноценную учебную часть помешала демобилизация армии.После Гражданской войны Тарновский эмигрировал. С 1922 года работал на заводах Škoda в Пльзене, разрабатывая приборы управления зенитным огнём. В 1936 году во время служебной поездки в Анкару заболел и 25 октября умер.У самой пушки Лендера была долгая служба. В 1928 году её модернизировали: удлинили ствол и повысили начальную скорость снаряда. В таком виде орудия Лендера встретили Великую Отечественную войну.
Расчёт стоимости отправки груза
