Гвардейцы-разведчики северо-западнее Сталинграда, сентябрь 1942 года. Фото К. И. Лишко / Государственный исторический музей. Иллюстративный снимок, не связанный с описанными операциями.Ноябрь 1941 года, подступы к Москве. Группам предстояло добираться до дорог за немецкими позициями, закладывать мины и уходить незамеченными. За неделю, с 17 по 24 ноября, группы Западного фронта заминировали дороги на Наро-Фоминском направлении в 73 местах. Под Рузой разведчики взрывали машины и мосты, перерезали линии связи.
Словосочетания «армейский спецназ» в тогдашних штатах не было. Датой создания советских рот специального назначения принято считать 24 октября 1950 года, когда появилась директива военного министра Александра Василевского и начальника Генерального штаба Сергея Штеменко. Согласно ей, к маю 1951-го сформировали 46 отдельных рот. Но многие задачи новых подразделений Красная армия решала с первых месяцев Великой Отечественной войны.Западный фронт: разведка, которая могла взрыватьО движении немецких резервов необходимо было узнавать раньше, чем они появятся у переднего края. Разведотделы фронтов и армий направляли в тыл пешие группы, забрасывали парашютистов, налаживали связь с местными жителями и партизанами. Наблюдение за колонной и подготовка подрыва дороги могли быть частями одного задания.При разведотделе штаба Западного фронта работала специальная войсковая часть № 9903 под командованием майора Артура Карловича Спрогиса. К 5 декабря 1941 года она направила в немецкий тыл около пятидесяти групп, а за время Московской битвы её личный состав совершил 89 выходов. Среди бойцов были Зоя Космодемьянская и Вера Волошина. Остальные имена известны гораздо хуже.Группа советских разведчиков идёт на задание, 26 декабря 1941 года. Фото Ивана ШагинаВ донесении начальника разведотдела Западного фронта есть короткое, но важное слово: «возвратившиеся». За ним следуют фамилии командиров групп — Сазонова, Фазлиахметова, Лаврова, Царёва, Пожарского. Разведчики сумели пройти обратно через линию фронта и доложить о сделанном. Историк Олег Каримов приводит результаты их работы за 17–24 ноября по материалам Центрального архива Министерства обороны. В районе Рузы разведчики взорвали пять автомашин и пять транспортных машин, уничтожили пятнадцать повозок, мотоцикл и три деревянных моста, перерезали двенадцать линий связи. В донесении также названы до 25 уничтоженных немецких военнослужащих и минирование дорог ещё в пятнадцати местах.Перед нами не одно громкое столкновение, а серия малых операций на разных участках. На мой взгляд, в этом и состоит особенность работы групп: разведка сочеталась с ударами по немецким коммуникациям.Как готовили людей и почему они теряли связьПеред выходом нужны были командир, радист, подрывники, сведения о маршруте и точка возвращения. Подготовка специалистов шла ускоренно: при Высшей специальной школе Генерального штаба работали курсы, рассчитанные на выпуск до пятисот человек в месяц для агентурной, разведывательно-диверсионной и партизанской работы. Подобные курсы создавались и на западных фронтах.С 15 сентября по 31 декабря 1941 года разведотдел Западного фронта отправил в немецкий тыл 71 группу общей численностью 1194 человека. Многие добровольцы не имели достаточной специальной подготовки; иной раз они не могли даже сообщить штабу о своём местонахождении.Главной технической бедой была радиосвязь. К началу Московской битвы радиостанции имелись примерно у 30 процентов направлявшихся в тыл групп. В отчёте разведотдела 43-й армии за 10 августа — 25 сентября названы 34 группы и отряда, из которых только пятнадцать располагали радиостанциями с радистами.Без радиостанции разведчик нёс сообщение о замеченной колонне через передний край сам. Пока он возвращался, немецкие машины могли сменить дорогу, а добытые сведения — устареть. Поэтому разведотделам требовались не только подготовленные группы, но и радисты с исправными передатчиками.Крым, январь 1942 года: ошибка над горамиПод Москвой сведения запаздывали из-за нехватки раций. В Крыму в январе 1942 года трудности начались раньше — ещё при выброске десанта.В ночь на 3 января два тяжёлых самолёта ТБ-3 сбросили в Крыму две группы разведчиков-диверсантов — всего тридцать человек. Обе группы направляли к заповеднику, откуда предполагалось выйти на связь с партизанами. Вместо этого парашютисты приземлились у горы Вейрат — примерно в семи километрах юго-восточнее Симферополя. Вместо намеченного маршрута предстояло искать новый.Немецкие подразделения обнаружили группы, окружили их, завязался бой. Разведчики понесли потери, прорвались из окружения и пять дней блуждали по горам, пока не встретили партизан. 8 января в Зуйский отряд вышли одиннадцать из тридцати сброшенных. Одиннадцать — число собравшихся к указанному дню, а не итог потерь всего десанта.Командирами групп были А. И. Иванов и У. Юлдашев. По данным исследователя Сергея Ткаченко, 12 января разведчиков зачислили в состав крымских партизан. Из них создали отдельную 5-ю группу Зуйского отряда со звеном подрывников, врачом и проводником. Командование принял Иванов, политруком стал Г. А. Кузьменко. Пришедшие с Большой земли специалисты затем обучали других бойцов.Разведчики получили проводников и укрытия, а партизаны — специалистов подрывного дела. Подчинение изменилось: отправленные военной разведкой бойцы стали частью партизанского отряда. Совместная боевая работа не меняла различий между армейской разведкой и партизанскими формированиями.Гвардейские минёры: отдельная специальностьК лету 1942 года диверсионная работа получила ещё одно направление: создание специальных минёрных частей. В августе инженерные войска начали формировать отдельные гвардейские батальоны минёров. По одному батальону создавали на каждом фронте; кроме того, сформировали гвардейскую минёрную бригаду пятибатальонного состава. Их назначением было разрушение коммуникаций и важных объектов в тылу противника. Обычные сапёры в основном устраивали заграждения, разминировали проходы и обеспечивали переправы.Минёрам же предстояло тайно дойти до вражеского моста или железной дороги, подготовить подрыв и вернуться.Советские бойцы минируют железнодорожный путь под Москвой, 1 декабря 1941 года. Фото Олега Кнорринга. Снимок сделан до формирования гвардейских батальонов минёров.Показателен опыт 9-го отдельного гвардейского батальона минёров и его командира Александра Петровича Галли. В беседе с историками 14 марта 1948 года он рассказывал, как лично ездил в запасной полк за пополнением. Обычно находилось пятьдесят–шестьдесят добровольцев, а требовалось около двадцати. Галли беседовал с каждым и, по его собственным словам, «сгущал краски», чтобы желающие понимали опасность службы. Он предпочитал обстрелянных бойцов, особенно бывших разведчиков.Считаю, что эта процедура отбора раскрывает характер службы лучше общего описания подготовки. Минёры уходили в немецкий тыл на две-три недели, иногда дольше. После боевой работы на Северо-Западном фронте батальон в ноябре 1943 года вывели в резерв Ставки и использовали также для подготовки разведывательно-диверсионных подразделений.Группа «Василий»: пять месяцев на крымских дорогахПочти через два года после неудачной выброски в Крыму снова действовали специальные группы — на этот раз месяцами.20 ноября 1943 года двадцать бойцов 15-го отдельного гвардейского батальона минёров из группы «Василий» были заброшены самолётами в Крым. Командование Отдельной Приморской армии поставило им задачу систематически нарушать движение по железной и шоссейной дорогам Симферополь — Севастополь. Действовать предстояло совместно с партизанами. Здесь находилась 3-я партизанская бригада, и часть диверсий выполнялась общими силами.С 20 ноября 1943 года по 13 апреля 1944-го группа «Василий» подорвала шестнадцать воинских эшелонов, сорок автомобилей и три деревянных моста. В отчётных материалах батальона также перечислены повреждённые локомотивы, вагоны, железнодорожное полотно и линии связи. Два десятка бойцов работали на важном для немецкого снабжения направлении почти пять месяцев. Между выходами требовалось добывать сведения о новых перевозках, пополнять запасы и готовить очередной подрыв.Заполярье, октябрь 1944-го: перед наступлением 14-й армииВ Крыму группа «Василий» действовала почти пять месяцев. В Заполярье осенью 1944 года минёры подчиняли свои удары графику наступления 14-й армии. Ей предстояло прорвать немецкую оборону в горно-тундровой местности, где движение зависело от немногих дорог, мостов и переправ.До начала Петсамо-Киркенесской операции в неприятельский тыл направили шестнадцать диверсионных групп 6-го отдельного гвардейского батальона минёров. Объектами стали пути сообщения на направлениях Петсамо — Тарнет, Луостари — Ахмалахти и Пильгуярви — Никель. Сапёры и минёры действовали по общему замыслу командования: ещё до наступления инженерная разведка помогала составлять схемы немецких сооружений и подходов к ним.7 октября 1944 года 14-я армия перешла в наступление. У Луостари на мост вышла немецкая колонна — именно в этот момент его взорвала группа майора Г. А. Градова. За 7 и 9 октября его бойцы также нарушили связь и разгромили гарнизон у озера Пикку. Группа капитана Л. Д. Янкевича на магистрали Титовка — Петсамо разрушила около 600 метров линии связи и 800 метров подвесной дороги. Оба эпизода описаны в военно-историческом труде «Инженерные войска в боях за Советскую Родину».Советские военнослужащие переправляются через норвежский фьорд на подступах к Киркенесу, октябрь 1944 года. Национальный архив Норвегии. Иллюстрация к Петсамо-Киркенесской операции; это не бойцы 6-го батальона минёров.Группы минёров действовали в общем темпе с наступавшей 14-й армией: удары по коммуникациям мешали немецким войскам перегруппировываться и отходить.Почему это ещё не был спецназ ГРУУ людей Спрогиса, крымских парашютистов и минёров были сходные задачи, но разное подчинение. Разведывательно-диверсионные группы штабов фронтов относились к военной разведке. Гвардейские минёры были инженерными частями. ОМСБОН — Отдельная мотострелковая бригада особого назначения — состояла в системе НКВД. Флот готовил собственных разведчиков. У партизанских соединений, в которые могли входить армейские специалисты, было своё руководство.Отдельно стоят штурмовые инженерно-сапёрные бригады. Они тоже получали особую подготовку, но в основном обеспечивали прорыв укреплённых позиций в боевых порядках войск. Их нельзя без уточнений записывать в предшественники глубинной разведки: характер операций отличался от рейдов на далёкие железнодорожные узлы.Органы самой военной разведки во время войны неоднократно реорганизовывались. В феврале 1942 года Разведывательное управление Генштаба преобразовали в Главное разведывательное управление; позднее последовало новое разделение функций. Поэтому называть часть Спрогиса «спецназом ГРУ 1941 года» неверно и хронологически, и организационно. Тогда действовала специальная часть при разведотделе штаба Западного фронта.Созданные в 1950 году роты специального назначения унаследовали опыт фронтовой разведки и минёров. По штату и подчинению это были новые формирования.Вернёмся к подмосковному донесению за 17–24 ноября 1941 года: 73 заминированных участка дорог на Наро-Фоминском направлении. Важнейшим условием работы разведчиков было возвращение со сведениями к своим. Три года спустя под Луостари минёры выходили к немецким коммуникациям уже по плану наступления 14-й армии. Диверсионные группы по-прежнему работали за линией фронта, но их действия всё теснее увязывали с операциями крупных соединений.Источники и литератураКаримов О. В. Роль военной разведки в сражении под Москвой (деятельность разведывательных и разведывательно-диверсионных групп) // Патриотическое воспитание в системе высшего образования. М.: Издательский дом НИТУ «МИСиС», 2018. С. 54–59.Ткаченко С. Н. Красноармейские отряды и их роль в партизанском движении Крыма (1941–1942 гг.) // Учёные записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Исторические науки. 2026. Т. 12 (78). № 2. С. 149–166.Цирлин А. Д., Бирюков П. И., Истомин В. П., Федосеев Е. Н. Инженерные войска в боях за Советскую Родину. М.: Воениздат, 1970. Главы 6 и 11.Боярский В. И. Диверсанты Западного фронта. Артур Спрогис и другие. Страницы памяти. М.: Издательский дом «Красная звезда», 2007.Феськов В. И., Голиков В. И., Калашников К. А., Слугин С. А. Вооружённые силы СССР после Второй мировой войны: от Красной Армии к Советской. Ч. 1: Сухопутные войска. Томск: Изд-во НТЛ, 2013.Егоров И., Макаров В. Мины в тылу оккупантов // Российская газета. 26 октября 2020 года. По воспоминаниям командира 9-го гвардейского батальона минёров А. П. Галли.
Расчёт стоимости отправки груза
