В привычном пересказе события развивались просто. Войско хана Джанибека осадило генуэзскую Каффу. Среди ордынцев началась чума. Осаждавшие стали перебрасывать тела умерших за стены, болезнь проникла в город, а бежавшие морем итальянцы привезли её в Европу. У величайшей катастрофы Средневековья появились место начала и виновник.
Надёжных доказательств сознательной «биологической атаки» нет. Подробный рассказ о перебрасывании тел оставил один автор — нотариус Габриэле де Мусси, который при осаде не присутствовал. Ни приказа Джанибека, ни независимого описания этого эпизода не сохранилось. Историю приходится проверять по тому, что известно об источнике, самой войне и распространении болезни.Нотариус из ПьяченцыДе Мусси составил повествование, вероятно, в 1348–1349 годах, когда Чёрная смерть уже достигла Италии. Авторский оригинал не сохранился; исследователям известна более поздняя копия, включённая в рукописный сборник приблизительно 1367 года. Сохранившиеся нотариальные акты показывают, что в годы черноморских событий де Мусси работал в Пьяченце. В Каффе он себя очевидцем не называет.Де Мусси описывал осаду Каффы середины 1340-х годов. По реконструкции историка Золотой Орды Моше Гринберга, эта кампания пришлась на зиму 1346–1347 годов; другие исследователи предлагают иную хронологию. В изложении де Мусси ордынское войско гибло от мора. Осаждавшие потеряли надежду взять город и начали перебрасывать тела умерших за стены с помощью метательных машин. Затем болезнь поразила жителей Каффы, а некоторые из них уплыли на кораблях.Нотариус не назвал человека, передавшего ему эти сведения, и не сообщил о приказе хана. Об Италии он писал как очевидец; о Крыме — по чужим рассказам.Могли ли тела умерших стать оружием?В споре о Каффе смешались три вопроса: позволяла ли осадная техника перебрасывать тела за стены, подтверждают ли документы сам эпизод и с какой целью осаждавшие могли это делать. Техническая возможность, достоверность рассказа и предполагаемый мотив — не одно и то же.Микробиолог Марк Уилис проверял прежде всего, могло ли описанное де Мусси сработать технически. Метательные машины позволяли перебрасывать тяжёлые предметы, а контакт с заражёнными телами мог представлять опасность для горожан. Уилис считал такой эпизод правдоподобным и возможным объяснением проникновения чумы в Каффу, но не причиной всей европейской пандемии.Гринберг поставил другой вопрос: есть ли независимое подтверждение рассказа нотариуса? Он сопоставил генуэзские анналы с венецианскими документами и предложил собственную хронологию осады. Сообщений о перебрасывании тел в независимых свидетельствах исследователь не обнаружил. Возможность применить метательные машины сама по себе не устанавливает, что ими воспользовались именно так.Историк Артём Порсин обратился к возможному мотиву. В XIV веке никто не знал о чумной палочке (Yersinia pestis); болезнь связывали также с испорченным воздухом, наказанием и представлениями о сверхъестественном. Сопоставив рассказ о Каффе с эпизодом эпидемии во время похода кочевников 1287–1288 годов, Порсин допустил, что перебрасывание тел могло быть жестом отчаяния или действием с магическим смыслом, а не продуманным способом заражения защитников.Ссора в Тане, война у КаффыВойна началась раньше эпидемии. В сентябре 1343 года в Тане, важном торговом пункте у устья Дона, венецианец убил местного татарского купца. Итальянские фактории разгромили, а западных торговцев изгнали. Академик Сергей Карпов, исследовавший кризис Таны по документам Венецианского государственного архива, показал, как местное столкновение переросло в противостояние Золотой Орды с Генуей и Венецией.Каффа, расположенная на месте современной Феодосии, была главной генуэзской колонией в Крыму. Она находилась на землях Улуса Джучи — государства, которое принято называть Золотой Ордой. Генуэзская республика стремилась сохранить привилегии своих купцов. Джанибек, напротив, намеревался заставить итальянские фактории подчиняться ханской власти. Политика хана и положение Орды при нём подробнее рассмотрены в статье «Добрый» хан Джанибек: на пике могущества.Тану связывали с внутренними областями Орды сухопутные и речные пути. Каффа располагала морской гаванью. Подойти к её стенам с суши было недостаточно: пока корабли доставляли людей и припасы, осаждённые могли сопротивляться. Задача Джанибека заключалась не только в разрушении укреплений, но и в преодолении этой связи города с морем. Однако войско Орды так и не смогло добиться капитуляции порта.Ночная вылазка 1344 годаВ феврале 1344 года ордынское войско обстреливало Каффу из метательных машин. Они были уязвимы для нападения защитников из города.Ночью защитники вышли за ворота и подожгли машины. Об этом нападении сообщают анналы братьев Стелла; Гринберг сопоставил их с другими известиями об осаде. Анналы не называют командиров и не уточняют, чем именно устроили поджог. Осада 1344 года завершилась неудачей: Каффа сохранила укрепления и связь с морем.Этот эпизод показывает документально установленную сторону войны за порт: обстрел стен, вылазку гарнизона и борьбу за осадную технику. Он относится к более ранней осаде, а не к рассказу де Мусси о чуме.Осада и прошение 1347 годаВ 1345 году вновь появились сообщения об угрозе Каффе, однако неясно, шла ли речь о новой осаде или демонстрации силы. Документы не позволяют установить, когда именно чума появилась в городе.К началу 1347 года историки относят прошение, отправленное из Каффы дожу Генуи от имени горожан. Сохранившаяся копия лишена заключительных строк с датой, поэтому время составления определено по обстоятельствам, упомянутым в документе. Просители добивались облегчения долговых обязательств и помощи в поддержании обороны.Из прошения следует, что мир с Джанибеком после долгой осады уже был достигнут, но оставался непрочным. Болезнь нанесла тяжёлые потери войску хана, а горожане опасались, что вслед за ним она ослабит и их гарнизон. О перебрасывании тел в документе не сказано. Для каффинцев мор был прежде всего бедствием противника и угрозой городу, а не описанием уже совершённой против них атаки.Почему Чёрная смерть не началась с одной крепостиИсторик-медиевист Ханна Баркер приводит известия о чуме в Ургенче и других городах на востоке Орды летом 1346 года. Сообщение, которое она датирует октябрём–ноябрём того же года, относится к Солхату (Старому Крыму), примерно в 25 километрах от Каффы.Если принять датировку Гринберга, к зиме 1346–1347 годов, когда продолжалась последняя осада, чума уже была в Крыму — независимо от того, перебрасывали ли осаждавшие тела умерших за стены.Наряду с восточными свидетельствами Баркер исследовала генуэзские административные и венецианские дипломатические документы. Они показывают роль Таны, обычно выпадающую из истории о бегстве из Каффы. Торговые запреты 1346 года мешали перевозке товаров через Чёрное море, хотя люди продолжали перемещаться. Год спустя Венеция и Генуя заключили с Ордой соглашения, которые позволили возобновить торговлю. Особенно важным грузом было зерно.Вместе с зерном и другими товарами могли перемещаться грызуны, а с ними — блохи, способные переносить чумную палочку. Баркер рассматривает и другие возможные механизмы передачи болезни, но какой из них действовал на итальянских судах осенью 1347 года, неизвестно. Это реконструкция механизма, а не свидетельство о пути заражения.Порты Чёрного и Средиземного морей связывали морские пути, сложившиеся задолго до осады Каффы. Ключевыми узлами этой сети были Тана, Каффа и Константинополь. Осенью 1347 года чуму отметили и в сицилийской Мессине — одном из первых европейских портов, о которых сохранились сообщения об эпидемии.Однако известия о появлении болезни в разных портах нельзя сложить в одну точную судовую трассу. Путь возбудителя реконструируют по торговым связям и сообщениям о болезни, а не по записи о корабле, привёзшем чуму именно из осаждённой Каффы.Позднее эпидемия затронула и русские земли; об этом рассказывалось в статье «Чёрная Смерть» в России.Рассказ де Мусси давал Чёрной смерти удобное начало и единственного виновника. Но история пандемии не укладывается в пределы осаждённой крепости. Корабли связывали берега задолго до осады Каффы и продолжали ходить после неё, перевозя зерно и людей. По этим же связям могла распространяться болезнь, которой не требовалось ничьего приказа.Источники и литератураГринберг М. Последняя осада Каффы (1346–1347) ханом Джанибеком и Чёрная смерть: к вопросу о достоверности источников и о хронологии // Эпидемии и природные катаклизмы в Золотой Орде и на сопредельных территориях (XIII–XVI вв.) / Отв. ред. Р. Хаутала. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2018. С. 75–89.Wheelis M. Biological Warfare at the 1346 Siege of Caffa // Emerging Infectious Diseases. 2002. Vol. 8. No. 9. P. 971–975.Порсин А. А. “Bacteriological Attack” of 1346 in Kaffa and Magical Practices of Medieval Nomads // Stratum plus. 2022. № 5. С. 99–107.Barker H. Laying the Corpses to Rest: Grain, Embargoes, and Yersinia pestis in the Black Sea, 1346–48 // Speculum. 2021. Vol. 96. No. 1. P. 97–126.Карпов С. П. История Таны (Азова) в XIII–XV вв. Т. 1: Тана в XIII–XIV вв. СПб.: Алетейя, 2021.
Расчёт стоимости отправки груза
