Военнослужащие российского Африканского корпуса Министерства обороны РФ совместно с армией Мали на фоне форта в городе Кидаль на северо-востоке Мали6 октября 2026 года российские и малийские силы вновь вошли в Кидаль. Город, возвращённый под власть Бамако в ноябре 2023-го, весной пришлось оставить. Теперь сепаратистский «Фронт освобождения Азавада» — FLA — отступил, объяснив своё решение давлением авиации и желанием сохранить людей и технику. Затяжного боя внутри города на этот раз не было. Противник рассчитывал продолжить борьбу за его пределами.
7 октября малийская транспортно-логистическая компания подписала контракт с КАМАЗом. По последующему сообщению президентской администрации, речь идёт о 350 машинах стоимостью более 30 миллиардов франков КФА. У военного сотрудничества есть хозяйственное продолжение, но история этой сделки началась задолго до осеннего наступления.Сначала пришлось сохранить союзника14 ноября 2023 года малийские войска при поддержке бойцов «Вагнера» вернули Кидаль — давний оплот восстания на севере страны. В Бамако эту операцию представляли как восстановление государственного контроля. В июне 2025 года «Вагнер» объявил о завершении своей миссии в Мали, однако российское военное присутствие сохранилось: в стране продолжил действовать Африканский корпус Минобороны.Весной 2026 года под угрозой оказался уже столичный район. 25 апреля удары пришлись по Бамако и Кати, Севаре, Гао и Кидалю. В Кати погиб министр обороны Садио Камара. Правительству пришлось одновременно защищать центр власти и северные гарнизоны.Атаковали FLA и джихадисты из группировки «Джамаат Нусрат аль-Ислам валь-Муслимин» (JNIM), связанной с запрещённой в России террористической организацией «Аль-Каида». Согласованные действия позволяли им наносить удары сразу на нескольких направлениях, хотя политические цели сепаратистов и джихадистов различались.По данным российского Минобороны, отряд Африканского корпуса в Кидале более суток вёл бой в полном окружении и отразил четыре массированные атаки на основной опорный пункт и внешние посты. Удержать город всё же не удалось. 27 апреля корпус объявил об отходе вместе с малийскими военнослужащими, сообщив об эвакуации раненых и тяжёлой техники. На следующий день Минобороны подтвердило выход, указав, что решение принято руководством Мали.Бамако устоял. Российское Минобороны заявило, что участие корпуса сорвало попытку переворота. Правительство сохранило власть и силы для продолжения войны, но потеря Кидаля показала, насколько непрочными оставались его позиции на севере.После апрельских боёв на ВО обсуждали опасность повторения сирийского сценария. Осенью союзники подготовили ответную операцию. По сообщению Африканского корпуса, она проходила 1–7 октября, а объединённая группировка преодолела более 450 километров от Гао. Малийская армия сообщила, что 7 октября укрепила позиции в Кидале после серии авиаударов и воздушно-наземных действий, нарушивших снабжение противника.Политический результатДля Москвы сохранение малийского правительства имеет самостоятельную ценность. Бамако сознательно развивает отношения с Россией и поддерживало её на международной площадке ещё до нынешних боёв.23 февраля 2023 года Генеральная Ассамблея ООН рассматривала резолюцию по Украине, вновь требовавшую немедленного и полного вывода российских войск. Мали стало одним из семи государств, проголосовавших против. Документ поддержала 141 страна, и он был принят.Голос Мали не изменил исход голосования. Его значение было политическим: Бамако публично выступил вместе с Москвой по вопросу, имевшему для неё первостепенную важность.Сближение с Россией сопровождалось разрывом Мали с прежними западными партнёрами. Малийскому руководству нужны вооружение, обучение и помощь в борьбе с противниками. Россия получает возможность влиять на обстановку через сотрудничество с правительством, заинтересованным в её участии.9 ноября президент Мали Ассими Гоита возвёл генерала Андрея Аверьянова в степень командора Национального ордена Мали. Президентская администрация связала награду с укреплением сотрудничества в обороне и безопасности.Что стоит за заказом на КАМАЗыВ июне 2025 года Владимир Путин на переговорах с Ассими Гоитой назвал взаимную торговлю пока скромной. Среди перспективных направлений он перечислил геологоразведку, освоение природных ресурсов, энергетику и логистику.Покупателем российских машин выступила малийская транспортно-логистическая компания SMTL-SA. О подписании контракта 7 октября правительство сообщило 8-го. Оно же связало происхождение партнёрства с визитом Гоиты на саммит Россия — Африка в июле 2023 года и межправительственным соглашением. Поэтому соседство дат возвращения Кидаля и заключения сделки не следует принимать за свидетельство непосредственного обмена.В контракт включено обучение будущих водителей, механиков и инженеров. По сообщению малийского правительства, более широкие договорённости предусматривают ремонтную мастерскую в Бамако, поставку запчастей и подготовку специалистов в Казани. В перспективе КАМАЗ рассматривает создание сборочного предприятия в Мали.Для производителя заказ открывает возможность закрепиться на рынке и в дальнейшем обслуживать поставленный парк. Для Мали подготовка собственных механиков и инженеров означает возможность поддерживать машины в работе после их получения.По цене контракта нельзя судить, окупается ли российская помощь Мали. У КАМАЗа есть расходы на производство и исполнение заказа, у государства — расходы на военную миссию. В сообщениях о сделке нет сведений, позволяющих сопоставить прибыль от заказа с затратами на военное присутствие.Бамако рассчитывает расширять сотрудничество. 31 октября глава МИД Мали Абдулай Диоп в интервью «Африканской инициативе» говорил о гражданских проектах наряду с уже тесными военными связями. Среди приоритетов — энергетика, переработка полезных ископаемых и передача технологий. Для малийской стороны речь идёт также о подготовке кадров и развитии производства внутри страны.В тот же день российский Минтранс сообщил о подписании дорожной карты сотрудничества на 2026–2030 годы. Ведомство предложило изучить возможности участия российских компаний в транспортных коридорах, связывающих Мали с портами других африканских государств. Страну рассматривают как участника формирующегося маршрута «Россия — Западная Африка». Пока обсуждаются возможности будущих перевозок и создания необходимой инфраструктуры.После наступления остаются дороги и гарнизоны10 октября малийское управление торговли сообщило о прибытии в Бамако 957 автоцистерн с топливом под охраной армии. Груз предназначался для нефтебаз и заправок. Пока войска закреплялись в Кидале, армия обеспечивала снабжение столицы.Этот эпизод показывает повседневную нагрузку на малийские вооружённые силы. Перевозки нужны транспорту, предприятиям и населению, а их охрана требует сил независимо от положения в отдельно взятом городе. У северного гарнизона своя постоянная задача — получать подкрепления, боеприпасы, продовольствие и топливо. Если противник сохраняет способность действовать за пределами Кидаля, возвращение города не устраняет угрозу на дорогах.На севере многое зависит и от местных союзов. В октябрьской операции участвовали GATIA и MSA — местные вооружённые движения, поддерживающие Бамако. У правительства есть союзники среди туарегских сил, тогда как другие туарегские формирования воюют против него. Военное сотрудничество с конкретным движением ещё не означает поддержки всех соседних общин.Россия может помочь изменить соотношение сил, но договориться об устройстве власти на севере предстоит самому Бамако. От этого зависит, удастся ли закрепить военный результат или противоречия вновь приведут к боям за уже занятые города.Москва сохранила политического партнёра и военное присутствие в стране; российский производитель получил промышленный заказ. Возвращение Кидаля укрепило позиции союзного правительства. Однако дальнейшее расширение сотрудничества потребует от него способности управлять возвращённой территорией, защищать перевозки и выполнять договорённости.Если это удастся, российское участие получит более прочную политическую и хозяйственную основу. Если каждый новый кризис будет вынуждать союзников заново брать те же города, сохранение партнёра потребует новых российских сил и средств. Именно по этой нагрузке, наряду с исполнением экономических соглашений, и придётся оценивать долгосрочный результат.